бауманка

Неудержимые выпады Валерия Попенченко. На ринге и в жизни.

Первая жена боксёра Наталья Александровна Денина впервые рассказывает об истории их с Валерой отношений.

Ленинградский период жизни знаменитого боксера Валерия Попенченко самый яркий в его карьере. Двукратным чемпионом Европы и победителем Олимпиады он стал, защищая цвета питерского общества Динамо. Там формировалась его уникальная техника: опустив руки, он как маятник двигался по рингу, раздражая соперников. В решающий же момент он наносил разящий удар.

14 лет разницы.

Познакомились мы в почтовом отделении на Среднем проспекте на Васильевском. Валера справлялся по поводу денежного перевода в Москву. Деньги вроде не дошли, и он вел оживленную беседу на эту тему с работницей отделения. Я наблюдала за перепалкой. Девушке в окошке надоело препираться, и она обратилась ко мне (я забежала за маминой пенсией). Валера посмотрел на меня, на мою сетку с ранними и очень дорогими помидорами и, улыбаясь, спросил: А почему вы пенсию получаете, вы же такая молодая? Потому что балерина, брякнула я. Валера подхватил тему: Ах так, значит, я ваш поклонник, позвольте я вашу сетку подержу… и с другом выскочил на улицу. У меня только одна мысль была – лишь бы помидоры не украл…
Потом они меня проводили домой. А через час я пошла к подруге возвращать пылесос, смотрю, а он во дворе стоит. Удивилась. Но, быстро спохватившись, всучила ему пылесос, и мы отправились к подруге. На обратном пути я сказала, что замужем и у меня двое детей. Хотите я их в бассейн устрою (тогда это было тяжело сделать даже за деньги!)? заявил Валерий, протягивая визитку, и добавил: Я чемпион СССР по боксу…
Ему было 23, мне 37.

Я не летела под венец на крыльях…

Посмотрев мою квартиру, где не было ванной, он заявил, что жить здесь не будет, и через неделю принес ордер на еще одну комнату. В бешеном темпе мы выменяли шикарную трехкомнатную. Понимая, что несу перед будущим молодым мужем огромную ответственность, на крыльях любви под венец не летела. В загсе сказали, что надо ждать месяц. Валера выставил меня за дверь и устроил разборку со служителями: Я опаздываю на пароход, на соревнования, мне некогда бегать по ЗАГСам! Расписавшись, мы отправились к приятельнице, немного посидели, выпили шампанского, шумной свадьбы не было.

Его бои смотрела только по телевизору.

Он требовал, чтобы я не посещала стадион. Иначе, говорил, буду думать о тебе, а не о боксе. Я провожала его до стадиона и вприпрыжку бежала домой, к телевизору. В этот момент в доме стояла гробовая тишина. Все так напрягались, что на лбу даже капельки пота выступали. К сожалению, не сложились у меня отношения с его тренером Григорием Кусикьянцем. Он был настроен против меня. Да и сам муж предупреждал в одном из писем: Будь осторожна и много не болтай с моим тренером. Учти, он хитер и коварен. Я его знаю шесть лет. Было хорошо, но были и подлости. Я это понимала не хуже Валеры. Знала, что наша разница в возрасте многим не давала покоя. Ведь я сильно влияла на него… Недолюбливала меня и Валерина мама, которая жила в Москве в коммуналке. Я ее видела один раз, но знала, что муж регулярно высылал ей деньги. В свое время она работала в системе КГБ то ли секретаршей Берии, то ли завотделом кадров. В 1961 году мужа буквально сняли с поезда, который увозил боксерскую сборную на заграничные сборы. Мама Валеры рассказала кому следует, что жена его сына из бывших буржуев. Я себя таковой не считала, хотя отец до революции и вправду был банкиром.
Из спортивных успехов мужа мне, конечно, больше всего памятна Токийская Олимпиада. Блестящая победа и впервые приз лучшего боксера турнира Кубок Баркера вручается советскому спортсмену Валерию Попенченко. Дома мы из этого огромного Кубка пили шампанское вперемешку с лимонадом. Чтобы всю емкость заполнить шампанским, у нас денег не хватило. Мы жили небогато – у него оклад в МВД 170 рублей и у меня в институте такой же. А семья пять человек.
После Олимпиады решили, что постепенно Валере надо заканчивать со спортом. Было видно от бокса он устал. И все чаще перед соревнованиями говорил, что больше так жить не может. Нервы были на пределе. Он вообще все делал с нервами и любил, и работал. Я, конечно, что есть сил успокаивала, просила потерпеть… Возникла идея заняться учебой. Он мог запросто прочесть из учебника философии целую главу и тут же ее процитировать. А сколько он стихов мне насочинял! Он ходил вокруг Александрийского столба на Дворцовой и читал наизусть Онегина.

Ты нерекломоспособна…

Все годы нашей с Валерой жизни вокруг него крутилось много поклонниц. Находить в почтовом ящике записки вроде Отдаться вам это цель моей жизни было для меня привычно. Я этому не придавала значения. Но вскоре после Олимпиады Валерий заявил: Я познакомился с Павловым (тогдашний первый секретарь ЦК ВЛКСМ), и он готов пробить двухкомнатную в Москве, но с условием, что я туда вернусь. К тому же мама хочет выехать из коммуналки. И добавил: Ты, моя дорогая, нерекламоспособна. Это стало началом разрыва. Ему захотелось выйти из-под опеки. В заявлении на развод я написала: Прошу расторгнуть брак в связи с нерекламоспособностью…
Потом я приезжала к нему в гостиницу. Он был в компании Павлова, нетрезв, что-то бормотал мне по поводу того, что недостоин даже касаться меня. Последний раз встретила Валеру в метро. Он выглядел не очень хорошо.

В Москве он себя так и не нашел.

После развода Валера еще год жил в Ленинграде, в общежитии. Через полтора года я уже вышла замуж, а он через год после нашего расставания в каком-то музее познакомился со своей второй женой племянницей одного из знаменитых военачальников. Иногда мы перезванивались. Думаю, жизнь в столице у него сложилась тяжело. Если бы он стал заниматься педагогической деятельностью, как мы и планировали, то ему было бы интересно. Но все пошло по-другому. Его назначили заведующим кафедрой физкультуры в Бауманку. Валера к тому времени остался без покровителей, спорт его уже не поддерживал, поэтому на работе против него плелись интриги.

Смерть.

Он упал с перил в лестничный пролет (в главном корпусе МГТУ). Могу лишь сказать, что с головой у него было все в порядке, с боксом он закончил по моей просьбе сразу после нашего развода, да и во время спортивной карьеры в нокауты его никто не посылал. В версию о том, что он был нетрезв, я тоже не верю. Боюсь, что была какая-то связь с окружением его новой жены. Многие говорили и такое: Валерий, мол, любил кататься на перилах и попросту не удержался на них…

Записал Дмитрий ИВАНОВ.